Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Учитывая это, а также слишком хорошо помня ту смертоносную вылазку, которую предприняли эсэсовцы под руководством штандартенфюрера фон Доденбурга, внезапно появившиеся из канализационных сетей, бойцы 26-го пехотного полка полковника Зейтца проявляли крайнюю осторожность и предельную внимательность при обследовании подвалов. В ситуациях, которые казались им рискованными, они просто стреляли в тех, кто находился там. И постепенно продвигались вперед к центру полуразрушенного города.
* * *К этому времени генерал-майор полиции и бригадефюрер СС Дегенхардт Доннер превратил остатки своей бывшей штаб-квартиры в отеле «Квелленхоф» в сложную систему оплетенных колючей проволокой редутов и оборонительных сооружений. Он приказан возвести гигантские баррикады из опрокинутых и перевернутых трамваев и грузовиков, которые были аккуратно соединены воедино мешками с песком. В развалинах соседних домов он разместил пулеметчиков и снайперов и связал их гнезда и укрепленные огневые точки подземными ходами сообщений и тоннелями. «Тигры», лишившиеся гусениц или катков и не способные больше двигаться, были вкопаны в кучи строительного мусора и засыпаны обломками. Из подобных рукотворных курганов торчали только грозные пушки этих тяжелых танков, с помощью которых также можно было вести обстрел больших территорий.
Все подходы к основным дорогам, магистралям и перекресткам были тщательно заминированы. В кучах строительного мусора и обломков на всех направлениях, которыми могли воспользоваться американцы, лежали противопехотные мины «бабочка»[59].
Все оставшиеся в городе зенитные орудия были поставлены на прямую наводку среди боевых порядков пехоты. В результате этой меры каждая крупная улица города была прикрыта несколькими зенитными пушками, из которых можно было обстреливать и пехоту, и танки. К зениткам были поставлены 16-летние добровольцы из гитлерюгенда и молодые девочки в серой форме, прошедшие раньше ускоренные курсы зенитчиц.
И везде позади боевых линий неустанно дежурили гестаповцы, в том числе наводивший на всех ужас Пауль-Пистолет и еще несколько его головорезов. Они бдительно следили за тем, чтобы в обороняющихся немецких войсках ни в коем случае не ослаб национал-социалистический дух, если необходимо, принимали соответствующие кровавые меры.
* * *К полудню американские войска принялись сражаться за отдельные городские объекты, остававшиеся в руках немцев. Они повели тяжелые бои за здание бывшей обувной фабрики, за здание Технического университета Аахена, за крупный офисный центр и за дом Главного управления полиции Аахена.
Во время боя за здание бывшей обувной фабрики американские войска допустили серьезную ошибку. Они проникли в него через подвал и стали продвигаться вверх. Но к тому времени, когда американцы очистили первый этаж фабрики, защищавшие ее немцы вновь проникли в очищенный ранее подвал. Когда американцы вновь выбили немцев оттуда, защитники фабрики, засевшие на втором этаже, уничтожили лестницы, ведущие на второй этаж. Затем они пробили в полу второго этажа дырки и стали через них закидывать находящихся внизу врагов гранатами.
В конце концов два американских сержанта выскочили из здания фабрики и принялись карабкаться вверх по ее стенам. Несмотря на то, что их со всех сторон обстреливали немецкие снайперы, сержантам посчастливилось добраться до крыши. Они пробили в крыше дыру и вылили в нее канистру бензина. После этого они бросили вниз несколько фосфорных гранат. Бензин загорелся, и начался пожар. В результате оставшиеся в живых немецкие защитники фабрики, задыхаясь, поспешили выбежать наружу. Они выбегали с поднятыми руками, крича: «Товарищи, товарищи!». Но разъяренные американцы косили их беспощадными очередями, как только крауты появлялись в дверях. С них было уже довольно.
Получив донесения от отдельных боевых групп, сражающихся в Аахене, мрачный полковник Зейтц разочарованно докладывал командиру 1-й пехотной дивизии генералу Кларенсу Хюбнеру: «Наше продвижение происходит от чердака до чердака и от одного канализационного люка до другого».
Донесение Зейтца привело Хюбнера в ярость. Перед тем как в бешенстве швырнуть трубку на рычаг, он прорычал в нее:
— Джон, или ты возьмешь эти три чертовы высоты, господствующие над городом, или лучше вообще не появляйся у меня на глазах!
* * *Несмотря на то, что сами американские офицеры были крайне не удовлетворены темпом и скоростью продвижения в глубь Аахена, генерал Доннер, напротив, был весьма обеспокоен мощью и скоростью американского наступления. Особенно его беспокоило постепенное и неуклонное продвижение неприятельских войск по направлению к трем доминирующим над городом высотам. И в этой связи он приказал штандартенфюреру фон Доденбургу взять около двухсот оставшихся в строю бойцов группы «Вотан» и осуществить контрнаступление в районе Вильхельмштрассе с тем, чтобы приостановить победную поступь янки.
Немецкое контрнаступление на вражеские позиции началось с неожиданной артподготовки, которая была осуществлена в тот самый момент, когда американские солдаты сели ужинать. Артподготовка длилась всего пятнадцать минут, однако огонь прямой наводкой из зенитных орудий, который вели мальчишки из гитлерюгенда и их сверстницы, изрядно испортил нервы американцам. Многие перепугались настолько, что начали неконтролируемо и безостановочно всхлипывать от страха. Других, сидевших в столовых за едой, вырвало. Чтобы бойцы смогли продолжить прием пищи, офицерам пришлось отдать специальные приказания. Часть солдат в панике бросились в укрытия и в наспех отрытые траншеи и вжались в самое дно. Один командир американского батальона вбежал в помещение командного пункта и, не обращая внимания на панику и крики вокруг него, закрыл лицо руками и зашелся в рыданиях. Никаких приказов он при этом не отдавал.
За неожиданной немецкой артподготовкой последовала тяжелая давящая тишина. Воспользовавшись передышкой, американские офицеры и унтер-офицеры принялись успокаивать личный состав. Одновременно расставлялись усиленные посты, резервные группы назначались для дополнительного ночного патрулирования улиц Аахена.
Эту тяжелую тишину внезапно прорезала одиночная очередь из «шмайссера». Кто-то в отдалении вскрикнул. Американские солдаты напряглись в ожидании. Но из груды мусора и обломков на немецкой стороне не выскочило никаких пехотинцев, палящих в них из автоматов. Вместо этого из немецкого сектора обороны Аахена на них неожиданно выкатилось несколько зенитных орудийных установок на автомобильных платформах и открыло по ним убийственный огонь из счетверенных 20-миллиметровых пушек. Один американский сержант пытался приблизиться к такой установке и поразить ее выстрелом из базуки, но не сумел пройти и десяти ярдов — ураганный огонь превратил его буквально в пыль.
Находившиеся на передней линии американские бойцы не выдержали такого напора. Объятые паникой, с перекошенными белыми лицами, бросая оружие и снаряжение, они в беспорядке побежали. Их единственным желанием было любой ценой избежать этого убийственного огня.
Этой панике поддался даже командир одной из передовых рот. Схватив карабин, он принялся бешено палить в воздух, крича:
— В тыл… все в тыл… спасайтесь… бегите в тыл и спасайтесь!
К этой роте тут же присоединилась следующая. Командир передового американского батальона увидел, как обе его роты мчатся сломя голову по Вильхельмштрассе, пытаясь улизнуть от неистового огня поставленных на прямую наводку немецких зениток. При этом солдаты отчаянно отталкивали и пихали друг друга, пытаясь любой ценой первыми умчаться из-под обстрела. Объятые животным страхом, они топтали своих же упавших на мостовую раненных товарищей. Несколько американских солдат, лежавших в крови на дороге, тщетно взывали к своим соотечественникам о помощи. И даже когда сам командир батальона выхватил из кобуры свой «кольт» и, угрожающе размахивая им, попытался остановить поддавшихся панике солдат, на него не обратили ни малейшего внимания. Беспорядочное паническое бегство продолжалось.
— Они полностью деморализованы, сэр, — срывающимся голосом доложил комбат по телефону полковнику Зейтцу. — За пятнадцать лет службы в пехоте я никогда еще не видел ничего подобного. Нет никакого смысла обманывать себя, сэр, — мы не отходим на запасные позиции, мы просто улепетываем из Аахена.
Находившийся на другом конце провода Зейтц бешено повернулся к застывшим у стены офицерам штаба, которые, побледнев, в смятении взирали на него.
— Чарли, — приказал он одному из работников штаба, — позвони в Управление резервами дивизии. Мне нужен новый командир батальона. Я хочу отстранить от этой должности того, с которым только что разговаривал» — он совершенно сломлен, он конченый человек.
- Батальон «Вотан» - Лео Кесслер - О войне
- Спецоперация «Зверобой» - Михаил Ефимович Болтунов - О войне
- Курский перевал - Илья Маркин - О войне
- Два капитана или день рождения фюрера - Борис Бем - О войне
- Оскал «Тигра». Немецкие танки на Курской дуге - Юрий Стукалин - О войне
- Верность - Захарий Захариев - О войне
- Штрафники не кричали «Ура!» - Роман Кожухаров - О войне
- Серебряные звезды - Тадеуш Шиманьский - О войне
- Похищение Муссолини - Богдан Сушинский - О войне
- Принцы Кригсмарине. Тяжелые крейсера Третьего рейха - Владимир Кофман - О войне