Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— Началось, — проговорил Струмс, и в его голосе прозвучало удовлетворение.
Ночь, еще несколько минут назад полная звуков, вдруг замерла. Стояла полная тишина. Лишь потрескивали дрова в костре, да слышалось пение.
Но вот в темноте, окружавшей наш лагерь, обозначилось некое движение: зашуршала трава, звук неуверенных шагов.
Мороз пошел у меня по коже. То же чувство, по-моему, испытывал и Коля. Только профессор оставался спокоен. Он внимательно смотрел во тьму. В его руках я заметил фотоаппарат со вспышкой.
Из темноты вышла какая-то фигура и встала на границе круга. Трудно было разобрать, кто это, — она казалась совсем черной. Однако когда я внимательно присмотрелся, то увидел, что от фигуры исходит слабое зеленоватое свечение, каким светятся иногда гнилые пни на болотах.
— По-моему, наша знакомая пожаловала, — профессор вскинул фотоаппарат. В свете вспышки мы явственно различили девицу Дарью Сурину.
Она отшатнулась и чуть не упала. Движения ее напоминали движения марионетки, будто все тело состояло из шарниров.
Струмс направил на мертвую мощный фонарь. В его лучах мелькнули черное оскаленное лицо, стеклянные, остановившиеся глаза, истлевшие лохмотья, покрывавшие ее остов. Она снова подошла к границам круга и уставилась на нас. Из темноты показались какие-то фигуры.
— Ого! Да она с компанией, — усмехнулся профессор. — Готовьте факелы.
В эту минуту меня кто-то крепко схватил сзади за руку. Я с удивлением обернулся и почувствовал тяжелый запах гнили.
— Помогите! — закричал я. Струмс рванулся на мой голос. Как сейчас помню, в свете его фонарика я увидел отвратительную, покрытую зеленой плесенью руку мертвеца с длинными желтыми ногтями.
Струмс схватил саперную лопатку и одним махом перерубил эту руку у предплечья. Раздался чавкающий звук, точно разрубили огромный гнилой помидор. Однако отрубленная кисть продолжала крепко сжимать мою руку. Я завизжал от ужаса.
— Он с тыла прорвался! — закричал профессор. В его руках появилась бутыль со святой водой.
Профессор плеснул ею на мертвеца, который все еще пытался схватить меня уцелевшей рукой.
Послышалось шипение, точно это была серная кислота. Зомби забился в конвульсиях и задымился.
— Коля, зажигай костры, — отдал команду Струмс.
В один миг заполыхали четыре пятиконечные звезды по краям магического круга. Упыри шарахнулись в сторону. В ярком свете костров стало видно, что их около десятка. Но свет вырвал из тьмы и еще одну группу фигур, стоявших поодаль. Это были явно живые люди.
Мертвец, который проник в круг, продолжал дергаться на земле, и стал как бы всасываться в нее (другого определения я не подберу). Внезапно он исчез. Так же внезапно исчезли и все остальные. Мы остались одни, и только четыре костра чадили черным, жирным дымом.
Митя остановился, перевел дыхание и в который уже раз закурил.
— А дальше что? — Валентина Сергеевна от нетерпения вся подалась вперед. — Дальше, Митя, дальше.
Митя молчал, попыхивая папиросой.
— Это все, — наконец сказал он.
— Как все? — Валентина Сергеевна недоверчиво улыбнулась.
— Представьте себе. На другой день, когда профессор с ассистентом снова собрались на кладбище на раскопки, я сказал, что больше в этом не участвую. Честно говоря, испугался. Да и до сих пор, когда вспоминаю, испытываю не совсем приятные чувства.
Профессор меня не удерживал.
— Ну, что ж, — сказал он, — я понимаю, что втянул вас в неприятную историю. Не подготовил, ничего не объяснил… Поэтому не смею задерживать. Хотя вдвоем нам будет тяжелее. А хотелось бы разобраться во всей этой чертовщине. Ну, прощайте. — Он пожал мне руку и, посвистывая, зашагал вслед за ассистентом.
С тех пор о них я больше не слыхал.
И вот совсем недавно мне стало известно, что Струмс жив и здравствует.
— Что же будет со мной?! — вскричала библиотекарша. — Ведь если всему этому верить, мне осталось жить двенадцать дней. Нет, уже одиннадцать. — Она посмотрела в окно, где занималось бледное утро.
— Выход один, — сказал Забалуев. — Надо ехать в Лиходеевку, на месте во всем разобраться.
— Вот вы и поезжайте, — усмехнулся Митя, — вдвоем. С меня достаточно. Как вспомню руку в зеленой плесени… Вся трухлявая, а из нее черви выползают… — Его передернуло. — Нет уж! Увольте!
— Но ведь надо же что-то делать, — продолжал Забалуев. — Нельзя же так все оставлять. В конце концов человеческая жизнь в опасности!
— Я вас очень уважаю, Петр Петрович, — тихо заговорил Митя, — и мне понятно ваше беспокойство. Но, вы, видимо, не понимаете, с чем столкнулись. Это — Зло. Зло с большой буквы, существующее сотни, может быть, тысячи лет. Мы не знаем, что это, откуда это и как с ним бороться. Случайно заглянули за грань реальности, и что же? Все наши представления рушатся, как карточный домик.
— Митя, все это словеса! — воскликнул Забалуев. — Ты поможешь или нет?
Воробьев встал, обвел присутствующих долгим взглядом и, не прощаясь, вышел.
Некоторое время сидели молча. Потом поднялась Валентина Сергеевна.
— Ну что же, Петр Петрович, пора домой. Спасибо за помощь.
— Пойдемте, я вас провожу, Валентина Сергеевна, — засуетился Забалуев.
— А бутыль со святой водой у вас есть? — усмехнулась Валентина Сергеевна.
— Святую воду достать можно, — в тон ей сказал архивариус. Вооружиться согласно Митиньм рецептам.
Они вышли из здания архива. Было раннее летнее утро, свежее и чистое. Вдали раздался гудок паровоза. Ему ответили фабричные гудки. Шла будничная жизнь без всяких чудес.
— И все-таки ехать! — вдруг сказал Забалуев. — Решено! Сегодня же.
— Но… — начала было Валентина Сергеевна.
— Никаких «но». Сейчас идите поспите, а часиков в одиннадцать я за вами зайду, и двинемся. Чем сидеть и ждать неизвестно чего, лучше идти навстречу опасности, — высокопарно произнес архивариус.
…Валентина Сергеевна, как женщина пунктуальная, ровно в одиннадцать часов вышла из своей квартиры, уже готовая к путешествию. Во дворе было пусто. Она присела возле подъезда в ожидании.
Вдруг раздался сильный шум. Во двор въехал мотоцикл с коляской. За рулем сидел Митя, а за его спиной скорчился Забалуев.
— Экипаж подан, — сказал Митя весело.
— Он едет с нами, — добавил Забалуев, — я его не уговаривал, сам решился.
До Лиходеевки добрались довольно быстро. Сразу же встал вопрос: где остановиться?
— Я думаю, — сказал Забалуев, — Валентине Сергеевне лучше всего отправиться к той старушке, у которой она останавливалась в первый раз. А мы с Митей расположимся где-нибудь за деревней в лесу; палатка у нас есть, так удобней, и внимание привлекать не будем. А вы, Валентина Сергеевна, объясните, что решили продолжить свой грибной промысел. Завтра же с утра выходите за деревню и прямо по дороге пройдите с полкилометра, там мы вас будем поджидать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});- Дно разума - Алексей Атеев - Ужасы и Мистика
- Кровавый шабаш - Алексей Атеев - Ужасы и Мистика
- Город теней - Алексей Атеев - Ужасы и Мистика
- Жил себе человек возле кладбища - Монтегю Джеймс - Ужасы и Мистика
- Победители Первого альтернативного международного конкурса «Новое имя в фантастике». МТА III - Альманах - Ужасы и Мистика
- Большая книга ужасов – 4 - Елена Нестерина - Ужасы и Мистика
- Загадка старого альбома - Наталья Калинина - Ужасы и Мистика
- Дева - Ричард Лаймон - Ужасы и Мистика
- Сон в летнюю ночь - Елена Сергеевна Ненахова - Ужасы и Мистика
- Страшная месть - Николай Гоголь - Ужасы и Мистика