Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— Ты переживаешь, что с моей помощью заморочила родителям голову? — спросил Ричард, подкупленный откровенностью Эвелин.
Женщины, с которыми ему доводилось иметь дело, какими бы испорченными они ни были, вели себя совершенно по-другому: в первые дни знакомства старательно разыгрывали перед ним невинных овечек. Так было и в случае с Амандой. «Пикантные» подробности о ее прошлом он начал узнавать лишь по прошествии нескольких месяцев, причем совершенно неожиданно и чисто случайно. О том, что, еще учась в колледже, она прославилась неразборчивостью в связях, курила травку, нюхала кокаин…
— Да, переживаю, — ответила Эвелин серьезно. — По-моему, ты им даже понравился. И Стивену тоже, хоть он явно расстроился из-за того, что обиделись Муры. — Она горько усмехнулась.
— И мне твои родители понравились, — честно признался Ричард. — Серьезные, порядочные, не притворы. Терпеть не могу лицемерия и глупости!
— Да уж, лицемерить мои родственники не умеют, особенно папа.
Некоторое время они шли по аллее, освещенной желтым светом фонарей, молча. Увидев низенькую скамейку, выкрашенную какой-то светлой краской, а сейчас кажущуюся бледно-лиловой, Ричард указал на нее рукой.
— Присядем?
— Давай, — согласилась Эвелин.
Они уселись, вытянув вперед уставшие за целый день ноги.
Пахло лимонами. Но аромат Эвелин, как будто усилившийся, когда она опустилась на скамейку, перебивал этот запах, магически воздействуя на Ричарда. Он впервые взглянул оценивающе на ее ноги — длинные, крепкие, с тонкими щиколотками и узкими ступнями, не скрытыми от глаз тонкими ремешками босоножек.
Она просто чудо, подумал Ричард, и его грудь сдавила щемящая тоска. Естественная, откровенная — по сути, тоже настоящая. Как Артур. Наверное, я, с грузом моих проблем, не имею права ей навязываться. Она повстречает другого человека, более достойного, нормального. А с родителями как-нибудь объяснится… Скажет: не сложилось.
Но ему до одури хотелось прикоснуться к длинным ногам руками, опуститься на колени и осыпать ее упругие бедра горячими поцелуями.
И стало невыносимо больно оттого, что вечеринка у Стивена осталась позади, равно как и право называться женихом этой удивительной девушки.
— Ладно, что сделано, то сделано, — произнесла Эвелин, вздыхая.
Ричард заметил, как тонкая бретелька платья сползла с ее плеча, и ощутил приступ неслыханного желания, прямо как подросток, еще никогда не вступавший в интимную связь с женщиной.
Эвелин машинально поправила бретельку и продолжила:
— Зато мы добились намеченной цели. — Она невесело рассмеялась. — Бедняга Эдвин, наверное, теперь больше никогда не появится у Стивена. Его предки обиделись. Ведь это время они мечтали женить его на мне. А Эдвин просто привык во всем им подчиняться.
— Сколько ему лет? — спросил Ричард.
— Двадцать шесть.
Ричард присвистнул.
— Ничего себе! В таком возрасте во всем подчиняться родителям, мягко скажем, неумно.
— Согласна, — ответила Эвелин, перебирая бусинки браслета.
Когда она нервничала, то постоянно что-то вертела в руках — Ричард давно подметил эту ее особенность. Его охватило желание взять ее тонкие пальцы в свои, крепко их сжать и подарить ей успокоение каким угодно способом — ласковыми словами, ободряющим взглядом… поцелуем…
Черт! О поцелуях с Эвелин не следовало даже мечтать. Наставала пора возвращаться домой, в прошлую жизнь.
— Только строго судить Эдвина не стоит, — сказала Эвелин, продолжая начатый разговор. — У него очень властная мать, с младенчества приучившая его к безропотному послушанию. — Она рассмеялась. — Не подумай, что я настолько добренькая. Просто в последние дни со мной творится что-то непонятное. Черт его знает, что именно.
— Кстати, прости, что Хизер я назвал Хейзел, а Джонни — Джимми, — сказал Ричард, вспоминая про свои оплошности. — Понадеялся, что с легкостью запомню все, что ты мне рассказывала, поэтому не особенно старался запоминать.
— Перестань. Это я перед тобой должна извиниться за то, что поначалу вела себя как дура. Чуть не шлепнулась у всех на глазах. Если бы ты не поддержал меня… — Она смущенно потупилась.
— Пустяки, — ответил Ричард, несмотря на то что страстно желал отреагировать на это проявление робости совершенно по-другому: опять обнять Эвелин за талию и прижать к себе, как в тот момент, когда она споткнулась.
— В общем, ты здорово мне помог, — сказала она. — А с родителями я как-нибудь потом объяснюсь. Скажу, что мы с тобой расстались… потому что не сошлись характерами.
— Да, действительно жаль их… — протянул Ричард задумчиво. — Хорошие люди. Я, например, со своей матерью в последнее время почти не общаюсь. А отец… — Он сглотнул, помолчал и продолжил сдавленным голосом: — Мой отец умер полтора года назад. Погиб в автокатастрофе. Все произошло до безумия нелепо и страшно.
Он не увидел, скорее почувствовал, как напряглась Эвелин, услышав его слова. Какое-то время она сидела не дыша и смотрела на него широко раскрытыми глазами. Ричард уставился на какую-то видимую лишь ему точку в пространстве, боясь выражением своих глаз напугать девушку.
О своей жизни в последнее время он не рассказывал ни единой живой душе. Не хотел наткнуться на непонимание, да и обременять людей печальной историей не желал. С Эвелин же его неожиданно потянуло на откровенность.
— Почему же ты почти не общаешься с мамой? — осторожно спросила она. — Наверняка ей тяжело.
Ричард хмыкнул, вспоминая, с каким жаром мать спорила с Сильвией о том, что кому достанется из имущества отца, уже через несколько дней после похорон.
— Не думаю.
Эвелин не стала задавать других вопросов. Дождалась, когда Ричард пояснит свои слова сам.
— У меня ведь тоже есть старшая сестра, — произнес он спустя некоторое время каким-то чужим, глухим голосом. — Сильвия. Ее я вообще не желаю больше знать. Когда папа умер, она тут же помчалась к нотариусу за завещанием. Можешь себе представить?
Он прищурился, стараясь скрыть выражение своих глаз, и пристально посмотрел на Эвелин. Та ничего не ответила, но Ричард по одному ее виду понял, что она потрясена услышанным.
— Если бы ты только знала, какая заварилась каша, — продолжил он, пытаясь не давать волю чувствам, — когда выяснилось, что основную часть своего имущества отец завещал мне. Сильвию этот факт привел в бешенство. Она затеяла скандал, к которому с превеликим удовольствием присоединились все наши многочисленные тетушки и дядюшки, которые, как оказалось, тоже рассчитывали на кусок папиного наследства. Мама играла в раздувании этой войны далеко не последнюю роль. Несколько раз пыталась втянуть в нее и меня, но у нее ничего не вышло.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});- С огнем не шутят - Джулия Тиммон - Короткие любовные романы
- Солнечный зайчик - Джулия Тиммон - Короткие любовные романы
- Не размениваясь по мелочам - Джулия Тиммон - Короткие любовные романы
- Модель и кутюрье - Джулия Тиммон - Короткие любовные романы
- Чужая жена - Джулия Тиммон - Короткие любовные романы
- Минуя тысячи преград - Джулия Тиммон - Короткие любовные романы
- Вулкан страстей - Мелани Рокс - Короткие любовные романы
- Подарок на Рождество - Нора Робертс - Короткие любовные романы
- Хочу тобой завладеть (СИ) - Ромуш Джулия - Короткие любовные романы
- Подлинно сильный пол - Лина Баркли - Короткие любовные романы